В голосе его упорство, с каким тихая вода давит на плотину. Остаться без берега ради живописного залива?! Это уж слишком. Да и что значит задержусь немного, если в нашем распоряжении; лишь трое суток, подаренных для знакомства с Сейшелами?

Положение спасает Гигельзон, противиться мягкому голосу которого у Алексеева не хватает сил. Гительзон бросает мне понимающий, сочувствующий взгляд. — А вы не думаете, — вежливый голос обращен к Алексееву, занятому передачей великолепного мотива,— вы не

что панорама залива с набережной, из центра

может оказаться интереснее, нежели с привычной палубы корабля?

Алексеев так не думает, по все-таки складывает кисти. И как раз вовремя: с лязгом опускается парадный трап. Стихла предшествующая выходам праздничная суета, где обязательно кто-то кого-то где-то ждет, зовет или ищет. Сформированы группы, назначены старшие.

И нельзя привыкнуть к этим взволнованным сборам, будто каждый раз впервые ступаешь с корабля на земли тридевятого царства.