На судне ведутся работы к западу от острова Фаркуар. Руководство организует встречу с администратором островов, договорившись о режиме высадки и характере изысканий в лагуне. Предстоят комплексные работы на полигоне, над подводной возвышенностью между островами Фаркуар и северной оконечностью Мадагаскара.

Наконец наступает день высадки.

В конференц-зале совещание — начальники отрядов прибыли на инструктаж. Брать с собой на остров разрешено лишь фотоаппараты, ласты и маски. В качестве тары - полиэтиленовые пакеты, непременно прозрачные, никаких рюкзаков и сумок. На Фаркуаре властвует мистер Саймон, администратор. Его согласие на высадку получено лишь на этом условии. Возможно, мистер Саймон боится, что члены экспедиции растащут его островок, как Колизей, на сувениры.

А как же мы? Мы как же? — вопрошает Алексеев.—

наше не поместится в целлофановый пакет. Не засуну же я в пакет этюдник!

Вам в виде исключения разрешаю взять сумку,— милостиво соглашается Нейман. Трудно объяснить, почему каждое утро, просыпаясь на корабле, вскакиваешь, будто неведомая сила сбрасывает тебя с койки. Блуждающий луч пробирается в иллюминатор, вобрав золотые пылинки, бродит возле лица, заставляя раздвинуть веки, и кажется, уже давно происходит нечто важное, значительное, чему свидетелем не пришлось быть из-за непрошеного сна. Чувство беспокойства, радостного ожидания выталкивает из тесной каюты в наполненный синевой мир. Вот и сегодня, не обманув, утро преподносит сюрприз: новые острова в океане. Бот скользит по зеленоватой лагуне, огибая острый мыс под султанами пальмовых рощ. Макушки кокосовых пальм, еле обозначенные сочными мазками, постепенно сливаются в густую полоску. Изгибаясь, как танцовщицы, палевые стволы уносят вверх пушистые кроны, кое-где зеленый шелк подернут рыжим пламенем сухих листьев.